А слона-то я и не заметил...

Революцию в России делали, делали и наконец доделали, русские люди, по крещению принадлежавшие к Православной Церкви. Многие теоретики и практики учились в семинариях. Это не только Сталин, но и Микоян, и Добролюбов. Чернышевский был сыном уважаемого и почтенного протоиерея. Историки значительно расширят при желании этот «синодик». То есть мы попросту проспали, «прохлопали» внутреннего врага и главный источник угрозы для Церкви и государственности.

И нельзя сказать, что Русская Церковь спала. Какое там! XIX век – время великой миссионерской активности. Миссия на Алтае, миссия на Дальнем Востоке, миссия в Средней Азии были весьма успешны. Равноапостольные Николай Японский и Иннокентий Московский или архимандрит Макарий (Глухарев) – это попросту трудолюбивые пчелки и какие-то неутомимые Атланты на ниве проповеди. Но главный враг как-то ускользнул из поля зрения. И пока мордва, черемисы, татары, вотяки и алеуты просвещались словом Крестным, Ивановы и Сидоровы с крестиками на шее все дальше и дальше отходили сердцем от Евангелия в сторону «бытоулучшительства», как говорил святой Серафим, вплоть до созревания в душе радикального бесчувствия к истинам Нового Завета. Между прочим, тот же архимандрит Макарий, полжизни отдавший миссии среди алтайских народов, в Орловской губернии при конце жизни нашел то же невежество в вере среди русских. Даже городской голова не знал Символа веры! Да и Иоанн Кронштадтский, хотевший поначалу ехать в Японию для миссионерства, как скоро присмотрелся к жизни в Кронштадте, нашел такую «египетскую тьму», какой и в Японии вряд ли сыщешь. В итоге остался трудиться дома.

В этом всем, то есть в этой «тьме под боком», есть какой-то неподдельный ужас сродни тому, как если бы у трудящегося активно на далеком