Александр Ткаченко Новости

Письмо читателя:

Письмо читателя:

Письмо в редакцию:

На сайте журнала «Фома» уже долгое время существует постоянная рубрика . Каждый читатель может , чтобы получить личный ответ священника. Некоторые вопросы встречаются особенно часто: 

Любому родителю свойственно в определенных ситуациях волноваться за детей. Это нормальное чувство, и это не тревожность. А что же такое настоящая тревожность, откуда она берется, какие проблемы создает и взрослым, и детям, и, главное, что с ней делать? Рассказывает психолог Александр Ткаченко.

«Объясните, пожалуйста, почему многие так помешаны на чудесах?..»

Александр Ткаченко о настоящей любви к самому себе

Какое-то время назад к нам в редакцию пришел непростой вопрос о столкновении с прошлым. Мы попросили ответить на это письмо постоянного автора «Фомы» и психолога Александра Ткаченко.

Письмо в редакцию:

Здравствуйте. Хочу задать вопрос, который возник у меня после прочтения нескольких книг о Православии. Везде написано, что христианство — религия спасения, что главная задача христианина — спасаться. Насколько я понимаю, спастись — значит прожить жизнь так, чтобы Бог взял тебя в Рай. А для этого нужно делать добро и избегать зла. Это очень красиво и убедительно.

Полгода назад моя близкая подруга пережила потерю сына. Ей было очень тяжело, да и сейчас не сильно легче. Она рассказала мне, что ходила в церковь и священник сказал ей, что ее ребенку сейчас уже хорошо и не надо впадать в отчаяние, а надо радоваться, что теперь он дома и у Бога. Я сама верующая и стараюсь ходить в церковь, хотя много еще мне непонятно. Но я заметила, что воцерковленные люди вообще часто считают, что смерть — это избавление от тяжелой жизни, спасение и т. д. Хотя, когда я говорила с подругой, мне показалось, что она просто заставляла себя поверить в слова священника, а на самом деле в душе ей гораздо больше хотелось, чтобы ее сын был рядом, а не в каком-то далеком доме. Неужели «у Бога» мы оказываемся только после смерти, а здесь мы что — не у Бога? Или Бог здесь есть, но нас этой жизнью наказывает? Но не все же такие сильные подвижники, чтобы выдержать самое страшное — потерю ребенка, и еще при этом думать: вот теперь ему там хорошо… Если блаженство может быть только в другом мире, то получается, что нашу жизнь надо просто, стиснув зубы, переждать и стараться от мира прятаться, всем уйти в бездетные монахи желательно, чтобы не нарываться на дополнительные страдания, как у моей подруги? Простите, если мои вопросы глупые, но они сильно меня беспокоят, потому что я и сама не могу какой-то надежды после произошедшего с ней найти и, соответственно, ей помочь найти смысл жить дальше…

Какое-то время назад пришел непростой вопрос: «Как справиться со страхом смерти»

И вот мы приносим свечи и цветы к месту случившейся трагедии, но чувствуем... этого недостаточно. А можно ли по-настоящему разделить боль с другим человеком? В особенности, если горе его — утрата ребенка. Ответить на этот вопрос мы попросили постоянного автора журнала «Фома» и психолога Александра Ткаченко.